Jak dobyvateľ v oceľovej zbroji
veselo idem svojou cestou vpred,
v úchvatnom sade oddychujem hneď,
hneď zasa nad priepasťou bez dna stojím.
Keď na nebi sa v temnom nepokoji
zjaví mrak… čakám, bázne vo mne niet,
vždy verím v dosiahnutie svojich mét,
ja, dobyvateľ v oceľovej zbroji.
Ak platí, že sa človek nevládze
striasť posledného článku reťaze,
nech len smrť príde, pozývam ju sem!
Bojovať s ňou budem, kým dych dovolí,
a možno potom rukou mŕtvoly
z ľalie modrý kvet si odtrhnem.
Я верно болен: на сердце туман,
Мне скучно все, и люди, и рассказы,
Мне снятся королевские алмазы
И весь в крови широкий ятаган.
Мне чудится (и это не обман),
Мой предок был татарин косоглазый,
Свирепый гунн… я веяньем заразы,
Через века дошедшей, обуян.
Молчу, томлюсь, и отступают стены —
Вот океан весь в клочьях белой пены,
Закатным солнцем залитый гранит,
И город с голубыми куполами,
С цветущими жасминными садами,
Мы дрались там… Ах, да! я был убит.