I couldn’t forget the wondrous vision
When first you did appear to me —
As an elusive apparition,
As beauty’s genius, pure and free!
To haunting sadness I’d surrender,
To woes of hollow vanity,
But then I’d hear your voice so tender;
Sweet features in my dreams I’d see.
Years passed. The storms’ rebellious temper
Had forced my former dreams to flee,
And then no more did I remember
Your voice and features heavenly.
Far off, in gloomy isolation,
My tedious days weren’t swift enough —
No grace divine, no inspiration,
No tears of joy, no life, no love.
My soul has woken from submission:
Again, you have appeared to me
As an elusive apparition,
As beauty’s genius, pure and free.
Again, my heart, in exaltation,
Beats fast and reaches high above
For grace divine, and inspiration,
And tears of joy, and life, and love!
Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.
Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.
В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.