Ni un murmure lointain de minuit tendre,
Ni des chansons que la mère chantait,
Tout ce qu'il faudrait bien comprendre
Nous ne pouvions comprendre jamais.
Et tel de la grandeur céleste le symbole,
Un bon message et vœu exaucé,
D'une haute malaise de parole
Tu es, poète, favorisé.
Ни шороха полночных далей
Ни песен, что певала мать,
Мы никогда не понимали
Того, что стоило понять.
И, символ горнего величья,
Как некий благостный завет,
Высокое косноязычье
Тебе даруется, поэт.
Стихотворение Николая Гумилёва «Восьмистишье» на французском. (Nikolay Gumilev in french).