After midnight, clean out of your hands,
the heart seizes a sliver of silence.
It lives on the quiet, it’s longing to play;
like it or not, there’s nothing quite like it.
Like it or not, it can never be grasped;
so why shiver, like a child off the street,
if after midnight the heart holds a feast,
silently savouring a silvery mouse?
После полуночи сердце ворует
Прямо из рук запрещенную тишь,
Тихо живет, хорошо озорует —
Любишь — не любишь — ни с чем не сравнишь.
Любишь — не любишь, поймешь — не поймаешь,
Не потому ль, как подкидыш молчишь?
Что пополуночи сердце пирует,
Взяв на прикус серебристую мышь.