Николай Гумильов
Игрите

Горд е консулът — в кръв е арената:
вече три дни не свършват игрите.
Съсък змийски свисти край стените,
тръпнат тигрите с диво ръмжене…

Слон и мечка, на кръв настървени,
гневно стенат и ровят земята,
страшни турове рогове мятат
с гняв пред римското стълпотворение.

И сред този зверилник, цял в рани,
алеманският вожд беше хвърлен —
воин с поглед, врящ в блясъци върли,
и жрец мъдър, отдавна прославен….

Как копняхме да видим туй тяло
в битки, равни на смелостта му…
А сега, зверове, яжте само! —
то е смачкано и отмаляло…

Но внезапно въззет и спокоен,
вождът викна, склонен над оградата,
и отвърна с див рев безпощадния
хор от мечки и турове бойни…

Всички змии развиха кълбата си,
коленичиха страшните слонове,
и с хоботите в кърви, покорно
го очакваха знак да им прати…

Богове, и ти, консуле злобен,
какво чудо ни бе отредено —
зверовете да лижат смирено
пот и прах от нозете на роба!

Димитър Горсов
(Nikolay Gumilev`s site)

Николай Гумилёв
Игры

Консул добр: на арене кровавой
Третий день не кончаются игры,
И совсем обезумели тигры,
Дышут древнею злобой удавы.

А слоны, а медведи! Такими
Опьянелыми кровью бойцами,
Туром, бьющим повсюду рогами,
Любовались едва ли и в Риме.

И тогда лишь был отдан им пленный,
Весь израненный, вождь аламанов,
Заклинатель ветров и туманов
И убийца с глазами гиены.

Как хотели мы этого часа!
Ждали битвы, мы знали — он смелый.
Бейте, звери, горячее тело,
Рвите, звери, кровавое мясо!

Но, прижавшись к перилам дубовым,
Вдруг завыл он, спокойный и хмурый,
И согласным ответили ревом
И медведи, и волки, и туры.

Распластались покорно удавы,
И упали слоны на колени,
Ожидая его повелений,
Поднимали свой хобот кровавый.

Консул, консул и вечные боги,
Мы такого еще не видали!
Ведь голодные тигры лизали
Колдуну запыленные ноги.

Стихотворение Николая Гумилёва «Игры» на болгарском.
(Nikolay Gumilev in bulgarian).

In other languages

All translations of this poem →