A light mist filled the park, flaring gas lamps
made bright blurs by the gates;
all I remember clearly
out of all that indistinctness
is your easy-going, friendly glance
for me, a just-met stranger.
Your hurt, unguessed by everyone else,
I recognized at once: so like my own.
You saw your pain in me: the hastened heart,
the troubled breath, all the symptoms
of someone poisoned by love.
I will always treasure, celebrate the day
which made us friends as close
as only those can be who’ve suffered the same.
Whenever you call, you know I’ll come;
you never blamed me or thought me at fault,
and you were the only one.
Вере Ивановой-Шварсалон
Туманом легким парк наполнился,
И вспыхнул на воротах газ.
Мне только взгляд один запомнился
Незнающих, спокойных глаз.
Твоя печаль, для всех неявная,
Мне сразу сделалась близка,
И поняла ты, что отравная
И душная во мне тоска.
Я этот день люблю и праздную,
Приду, как только позовешь.
Меня, и грешную и праздную,
Лишь ты одна не упрекнешь.