Aleksandr Blok
Os Doze

1

    Noite negra.
    Neve branca.
    Vento, vento!
Gente vacila na treva.
    Vento, vento —
Varrendo toda a terra!

    O vento escreve
    Na neve branca.
Gelo — embaixo da neve.
    É liso, rente:
    O pé que passa
Desliza — pobre gente!

        De casa em casa
        Uma corda pende.
    Sobre a corda uma faixa:
“Todo o poder à Assembléia Constituinte!”
    Uma velhinha chora em voz baixa
    Sem perceber o que se passa:
        “Para que essa imensa faixa?”
        Tanto pano desperdiçado,
Quantas roupas para as crianças,
        E todo mundo esfarrapado...”

    Lá vai, galinha espavorida,
A velhinha e seus tremeliques:
    — Ai, Mãe-do-Céu, os bolcheviques
    Vão acabar com nossa vida!

    O vento açoita, voraz.
    O frio corta, feroz.

    Na encruzilhada o burguês
    De nariz no cache-nez,

E este, quem é? Longos bandós,
    Murmureja a meia voz:
        — Súcia!
    — É o fim da Rússia! —
Por certo, um aristocrático
        Literato...

E você, onde vai nesse trote,
Enrolado no seu saiote?
Para que essa cara escura,
    Camarada cura?

Você se lembra como antes
Impava, ventre para a frente,
A cruz pejada de brilhantes
No grande ventre sobre a gente?

Madame em seu astracã se
Encontra com outra dama:
— Ah, que doloroso transe...
    Zás-trás, num relance
É madame que se esparrama!

        Ai, ai!
    Segura que ela cai!

    Vento gaiato,
    Vento espavento,
    Levanta as saias,
    Derruba a gente,
    Rasga, rói, desfaz
    O grande cartaz:
“Todo o poder à Assembléia Constituinte!”
    E palavras traz:

    ...Também fizemos nossa conspiração...
    ...Essa é a casa...
        ...Revolução...
        ...Resolução:
10 rublos a hora, 25 a noitada...
    ...Por menos ninguém dá...
        ...Dorme comigo, vá...

            É tarde
            Tudo turvo.
            Na rua
            Nua,
            Um velho curvo.
        E o vento arde...
                Ei, carcaça!
                    Vem cá,
                Me abraça ...
                    Pão!

                De graça...
                    E o futuro?
                Passa!
                Escuro, céu escuro.
                Ódio surdo, ódio
                    No peito oco.
                Ódio escuro, São Ódio.

                Camarada! Abre
                    O olho!

2

O vento vaga, a neve dança.
A coluna dos doze avança.
Nos fuzis, uma negra tira,
E o fogo, fogo, fogo gira...

Na boca um toco, à testa um gorro,
Falta somente um ás de ouros1.

        Liberdade, liberdade;
    Sus, sus, sem cruz!

        Tra-ta-tá!

Faz frio, frio atroz.

— Kátia e Vanka estão na taverna...
— Muita gaita entre a meia e a perna!

— Vaniuchka está cheio da nota...
— Já foi nosso, agora é da bota!

— Ah! Vankanalha de uma figa,
Não ponha a mão na minha amiga!

        Liberdade, liberdade,
    Sus, sus, sem cruz!
    Kátia e Vanka, braços dados,
    Para que, para que abraçados?

        Tra-ta-tá!

E o fogo, fogo, fogo gira...
Fuzil no ombro, negra tira...

Revolução, mantém o passo!
O inimigo arma o seu laço!

Ergue o fuzil, továrich, sem receio!
Mira na Santa Rússia, bem no meio

        Da nauseabunda,
        Gravebunda,
        Moribunda,

Sus, sus, sem cruz!

3

Nossos moços largam casa
Pelo Exército Vermelho.
Pelo Exército Vermelho
Nossos moços largam brasa!

        Ah, dor-dureza!
        Vida de moleza!
        Fuzil austriaco,
        Trapo de casaco!

Burguês, treme de terror!
Poremos fogo na terra,
Fogo no sangue — é a guerra!
    Dá-nos tua bênção, Senhor!

4

Trenó arranca, a neve risca,
Kátia e Vanka lá se vão...
Lanterna elétrica faísca
    Sobre o timão...
    Isca! Isca!

Galã de capote e bota,
Ele, cara de idiota.
Torce e retorce o bigode
    Todo janota,
    E chuchota...

Vanka — como ele é galante!
Vanka — como e bem falante!
    A Kátia ele abraça e beija
        E corteja...

A nuca enfim ela dobra,
Dentes-pérolas desdobra...
Ah, Kátia, minha garota,
Minha gatinha marota...

5

Em teu colo, Kátia, fiz
Uma linda cicatriz.
Teu seio, Kátia querida,
Tem no meio uma ferida.

    Dança, dança, bis!
    Pernas roliças de atriz!

Punhas lingerie de renda —
Quebra, requebra!
Botavas teu corpo à venda —
Bola, rebola!

    Rola, rola, meretriz!
    Meu coração pede bis!

Lembras, Kátia, o oficial?
Só por causa de uma vaca
Passou pelo meu punhal.
Tua memória anda fraca?

    A minha, bisca, te diz:
    Vem, vaca, bis!

Papavas finos confeitos,
Passeavas de salto alto,
Andavas com os cadetes —
Agora vais com soldados?

    Também quero ser feliz:
    Bis, Kátia, bis!

6

...Lá vai em doida correria
O trenó — berra e bate o guia...

— Alto lá! Nem um passo mais!
— Ajuda, André! — Petruchka, atrás!

Trac-tararac-tac-tac-tac-tac!
Contra o céu a neve estilhaça.

— Lá se vai! Vanka escapuliu!
Um tiro ainda! Arma o fuzil!

Trac-tararac! Vais aprender
. . . . . . . . . . . . . .
A não roubar minha mulher!

Foge, poltrão! Passou por perto!
Mas cedo ou tarde ainda te acerto...

E Kátia? — Morta, lá, gelada,
Com a cabeça transpassada.
Contente, Kátia? Você ria...
Ri, cadáver, na neve fria!

Revolução, mantém o passo!
O inimigo arma o seu laço.

7

De novo avançam na neve
Os doze — fuzil no ombro.
Só um deles não se atreve
A erguer o rosto da sombra.

Depressa, ainda mais depressa,
Lenço amarrado ao pescoço,
Desvairado vai o moço,
Sai do compasso, tropeça.

— Ei, camarada, onde vais?
— Que te deu? O que te dói?
— Ei, Pedro, não podes mais?
Ou é Kátia que te rói?

— Camaradas, meus irmãos,
Eu a amava, realmente.
Noites negras, de paixão,
Kátia não me sai da mente.

— Por esse olhar — estopim
Que incendiou o meu peito,
Por esse sinal carmim
Sobre o seu ombro direito,
Eu a perdi, ai de mim,
Eu mesmo fiz o malfeito!

— Ei, Pedro, que choro é esse?
Ouçam só essa vitrola...
— Para que virar do avesso
A alma? Deixa de ser mole!
— Rapaz, ergue essa cabeça!
Anda, mantém o controle!

— Este não é o momento
Para servirmos de ama-
Seca do teu sofrimento.
Uma ação maior nos chama!

E Petruchka acerta o passo.
Vai de novo no compasso...
Cabeça alta, pra frente.
Ele sorri novamente...

        Eia, eia!
Enche a cara, saqueia!

Fecha o trinco, põe tranca.
Hoje, a entrada é franca!

Abre a adega, burguês,
Chegou a nossa vez!

8

Ah, dor-dureza!
    Morta!
Tédio sem remédio!

        Tempo, tempão
        Mato, mato...

        Fuzil na mão
        Cato, cato...

        Grãozinho, grão
        Parto, parto ...

        Faca, facão
        Corto, corto...

Burguês, foge como um rato!
        Teu sangue barato
        Bebo gota a gota
        Por minha garota.

Senhor, acalma a alma de tua serva...
        Tédio!

9

Tudo é silêncio na cidade.
Torre do Neva. Tudo jaz.
Não há mais guardas. Liberdade!
Viva! sem vinho, meu rapaz!

Eis o burguês na encruzilhada,
Nariz no cache-nez, ao vento.

A seu lado, transido, cauda
Entre as pernas, um cão sarnento.

Eis o burguês, um cão sem osso,
Taciturna interrogação,

E o mundo velho — frente ao moço —
Rabo entre as pernas, como um cão.

10

A neve investe no vento.
    Ah, vento nevoento!
A gente nem vê a gente
    Frente a frente.

Neve em funil se revira,
Neve em coluna regira...

— Ah, Senhor, que noite fria!
— Ei, chega de hipocrisia!
Que te adiantou, camarada.
Essa imagem redourada?
Procura ser consciente,
Deixa desse disparate.
A Tua mão ainda está quente
Do sangue da tua Kátia!
— Mantém, revolucionário,
O teu passo vigilante!

    Avante, avante, avante,
        Povo operário!

11

...Lá se vão sem santo e sem cruz
    Os doze — pela estrada.
        Prontos a tudo.
        Presos a nada...

A mira dos fuzis de aço
Caça inimigos pelo espaço...
Até nos becos sem saída,
Lá onde a neve cai em maços
E a bota afunda, confundida,
Chega, implacável, o seu passo.

        Vermelho-aberta,
        A bandeira.

        Todos alerta.
        Em fileira.

        Arma o seu guante
        O adversário...

E a neve com seu cortante
        Açoite
        Dia e noite...

        Avante, avante,
        Povo operário!

12

...Eles se vão num passo onipotente...
— Quem vem aí? Fale ou atiro!
É o vento apenas a zurzir o
Pendão vermelho a sua frente...

Lá adiante, um monte de neve.
— Quem é? Quem está aí oculto?
Só um cachorro se atreve
A entremostrar o magro vulto...

— Some da vista, cão sarnento,
Ou eu te corto a baioneta!
Mundo velho, cão lazarento,
Desaparece na sarjeta!

Mostrando os dentes, como um lobo,
Rabo entre as pernas, segue atrás
O cão com fome, cão sem dono.
— Ei, responde, há alguém mais?

— Quem é que agita a bandeira?
— Olha bem, que noite escura!
— Quem mais por aí se esgueira?
— Saia de trás da fechadura!

Továrich, te entrega logo!
É inútil. Não há saída.
— Melhor ser pego com vida.
Te entrega ou eu passo fogo!

Trac-tac-tac! — Só o eco
Responde de beco em beco.
Só o vento, com voz rouca,
Gargalha na neve louca...

        Trac-tac-tac!
        Trac-tac-tac...

...Eles se vão num passo onipotente...

    Atrás — o cão esfomeado.
À frente — pendão sangrento,
    Às avalanches insensível,
    Às balas duras invisível.
Em meio às ondas furiosas
Da neve, coroado de rosas
    Brancas, irrompe imprevisto —
    À frente — Jesus Cristo.

____
1. Marca na roupa dos forçados.

Augusto de Campos

Александр Блок
Двенадцать

1

    Черный вечер.
    Белый снег.
    Ветер, ветер!
На ногах не стоит человек.
    Ветер, ветер —
На всем Божьем свете!

    Завивает ветер
    Белый снежок.
Под снежком — ледок.
    Скользко, тяжко,
    Всякий ходок
Скользит — ах, бедняжка!

    От здания к зданию
    Протянут канат.
    На канате — плакат:
«Вся власть Учредительному Собранию!»
    Старушка убивается — плачет,
    Никак не поймет, что значит,
    На что такой плакат,
    Такой огромный лоскут?
Сколько бы вышло портянок для ребят,
А всякий — раздет, разут...

    Старушка, как курица,
Кой-как перемотнулась через сугроб.
    — Ох, Матушка-Заступница!
    — Ох, большевики загонят в гроб!

    Ветер хлесткий!
    Не отстает и мороз!
    И буржуй на перекрестке
    В воротник упрятал нос.

    А это кто? — Длинные волосы
    И говорит вполголоса:
        — Предатели!
        — Погибла Россия!
    Должно быть, писатель —
        Вития...

    А вон и долгополый —
    Сторонкой — за сугроб...
    Что нынче невеселый,
    Товарищ поп?

    Помнишь, как бывало
    Брюхом шел вперед,
    И крестом сияло
    Брюхо на народ?

    Вон барыня в каракуле
    К другой подвернулась:
— Ужь мы плакали, плакали...
    Поскользнулась
И — бац — растянулась!

    Ай, ай!
    Тяни, подымай!

    Ветер веселый
    И зол, и рад.
    Крутит подолы,
    Прохожих косит,
    Рвет, мнет и носит
    Большой плакат:
«Вся власть Учредительному Собранию»...
    И слова доносит:

    ... И у нас было собрание...
    ... Вот в этом здании...
    ... Обсудили —
    Постановили:
На время — десять, на ночь — двадцать пять...
    ... И меньше — ни с кого не брать...
        ... Пойдем спать...

    Поздний вечер.
    Пустеет улица.
    Один бродяга
    Сутулится,
Да свищет ветер...

    Эй, бедняга!
        Подходи —
    Поцелуемся...

    Хлеба!
    Что впереди?
    Проходи!

    Черное, черное небо.

    Злоба, грустная злоба
    Кипит в груди...
Черная злоба, святая злоба...

    Товарищ! Гляди
    В оба!

2

    Гуляет ветер, порхает снег.
    Идут двенадцать человек.

    Винтовок черные ремни,
Кругом — огни, огни, огни...

    В зубах — цыгарка, примят картуз,
    На спину б надо бубновый туз!

    Свобода, свобода,
    Эх, эх, без креста!

    Тра-та-та!

Холодно, товарищи, холодно!

— А Ванька с Катькой — в кабаке...
— У ей керенки есть в чулке!

— Ванюшка сам теперь богат...
— Был Ванька наш, а стал солдат!

— Ну, Ванька, сукин сын, буржуй,
Мою, попробуй, поцелуй!

    Свобода, свобода,
    Эх, эх, без креста!
    Катька с Ванькой занята —
    Чем, чем занята?..

        Тра-та-та!

Кругом — огни, огни, огни...
Оплечь — ружейные ремни...

Революцьонный держите шаг!
Неугомонный не дремлет враг!

Товарищ, винтовку держи, не трусь!
Пальнем-ка пулей в Святую Русь —

    В кондовую,
    В избяную,
    В толстозадую!

Эх, эх, без креста!

3

    Как пошли наши ребята
В красной гвардии служить —
В красной гвардии служить —
    Буйну голову сложить!

    Эх ты, горе-горькое,
    Сладкое житье!
    Рваное пальтишко,
    Австрийское ружье!

    Мы на горе всем буржуям
    Мировой пожар раздуем,
    Мировой пожар в крови —
    Господи, благослови!

4

Снег крутит, лихач кричит,
Ванька с Катькою летит —
Елекстрический фонарик
    На оглобельках...
    Ах, ах, пади!..

Он в шинелишке солдатской
С физиономией дурацкой
Крутит, крутит черный ус,
    Да покручивает,
    Да пошучивает...

Вот так Ванька — он плечист!
Вот так Ванька — он речист!
    Катьку-дуру обнимает,
    Заговаривает...

Запрокинулась лицом,
Зубки блещут жемчугом...
Ах ты, Катя, моя Катя,
    Толстоморденькая...

5

    У тебя на шее, Катя,
    Шрам не зажил от ножа.
    У тебя под грудью, Катя,
    Та царапина свежа!

    Эх, эх, попляши!
    Больно ножки хороши!

    В кружевном белье ходила —
    Походи-ка, походи!
    С офицерами блудила —
    Поблуди-ка, поблуди!

    Эх, эх, поблуди!
    Сердце екнуло в груди!

    Помнишь, Катя, офицера —
    Не ушел он от ножа...
    Аль не вспомнила, холера?
    Али память не свежа?

    Эх, эх, освежи,
    Спать с собою положи!

    Гетры серые носила,
    Шоколад Миньон жрала,
    С юнкерьем гулять ходила —
    С солдатьем теперь пошла?

    Эх, эх, согреши!
    Будет легче для души!

6

...Опять навстречу несется вскачь.
Летит, вопит, орет лихач...

Стой, стой! Андрюха, помогай!
Петруха, сзаду забегай!..

Трах, тарарах-тах-тах-тах-тах!
Вскрутился к небу снежный прах!..

Лихач — и с Ванькой — наутек...
Еще разок! Взводи курок!..

Трах-тарарах! Ты будешь знать,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 
Как с девочкой чужой гулять!..

Утек, подлец! Ужо, постой,
Расправлюсь завтра я с тобой!

А Катька где? — Мертва, мертва!
    Простреленная голова!

Что Катька, рада? — Ни гу-гу...
Лежи ты, падаль, на снегу!

Революцьонный держите шаг!
Неугомонный не дремлет враг!

7

    И опять идут двенадцать,
    За плечами — ружьеца.
    Лишь у бедного убийцы
    Не видать совсем лица...

    Все быстрее и быстрее
    Уторапливает шаг.
    Замотал платок на шее —
    Не оправиться никак...

    — Что, товарищ, ты не весел?
    — Что, дружок, оторопел?
    — Что, Петруха, нос повесил,
    Или Катьку пожалел?

— Ох, товарищи, родные,
Эту девку я любил...
Ночки черные, хмельные
С этой девкой проводил...

— Из-за удали бедовой
    В огневых ее очах,
Из-за родинки пунцовой
    Возле правого плеча,
Загубил я, бестолковый,
Загубил я сгоряча... ах!

— Ишь, стервец, завел шарманку,
    Что ты, Петька, баба что ль?
— Верно, душу наизнанку
Вздумал вывернуть? Изволь!
— Поддержи свою осанку!
— Над собой держи контроль!

— Не такое нынче время,
Чтобы няньчиться с тобой!
    Потяжеле будет бремя
    Нам, товарищ дорогой!

    И Петруха замедляет
    Торопливые шаги...

    Он головку вскидавает,
    Он опять повеселел...

        Эх, Эх!
    Позабавиться не грех!

    Запирайте етажи,
    Нынче будут грабежи!

    Отмыкайте погреба —
    Гуляет нынче голытьба!

8

    Ох ты, горе-горькое!
    Скука скучная,
        Смертная!

    Ужь я времячко
    Проведу, проведу...

    Ужь я темячко
    Почешу, почешу...

    Ужь я семячки
    Полущу, полущу...

    Ужь я ножичком
    Полосну, полосну!..

    Ты лети, буржуй, воробышком!
    Выпью кровушку
    За зазнобушку,
    Чернобровушку...

Упокой, Господи, душу рабы Твоея...

        Скучно!

9

Не слышно шуму городского,
Над невской башней тишина,
И больше нет городового —
Гуляй, ребята, без вина!

Стоит буржуй на перекрестке
И в воротник упрятал нос.
А рядом жмется шерстью жесткой
Поджавший хвост паршивый пес.

Стоит буржуй, как пес голодный,
Стоит безмолвный, как вопрос.
И старый мир, как пес безродный,
Стоит за ним, поджавши хвост.

10

Разыгралась чтой-то вьюга,
Ой, вьюга́, ой, вьюга́!
Не видать совсем друг друга
За четыре за шага!

Снег воронкой завился,
Снег столбушкой поднялся...

— Ох, пурга какая, Спасе!
— Петька! Эй, не завирайся!
От чего тебя упас
Золотой иконостас?
Бессознательный ты, право,
Рассуди, подумай здраво —
Али руки не в крови
Из-за Катькиной любви?
— Шаг держи революцьонный!
Близок враг неугомонный!

Вперед, вперед, вперед,
Рабочий народ!

11

    ... И идут без имени святого
Все двенадцать — вдаль.
    Ко всему готовы,
    Ничего не жаль...

    Их винтовочки стальные
    На незримого врага...
    В переулочки глухие,
Где одна пылит пурга...
Да в сугробы пуховые —
    Не утянешь сапога...

    В очи бьется
    Красный флаг.

    Раздается
    Мерный шаг.

    Вот — проснется
    Лютый враг...

И вьюга́ пылит им в очи
    Дни и ночи
    Напролет...

    Вперед, вперед,
    Рабочий народ!

12

    ...Вдаль идут державным шагом...
    — Кто еще там? Выходи!
Это — ветер с красным флагом
    Разыгрался впереди...

Впереди — сугроб холодный,
    — Кто в сугробе — выходи!..
Только нищий пес голодный
    Ковыляет позади...

— Отвяжись ты, шелудивый,
    Я штыком пощекочу!
Старый мир, как пес паршивый,
    Провались — поколочу!

...Скалит зубы — волк голодный —
    Хвост поджал — не отстает —
    Пес холодный — пес безродный...
— Эй, откликнись, кто идет?

— Кто там машет красным флагом?
— Приглядись-ка, эка тьма!
— Кто там ходит беглым шагом,
    Хоронясь за все дома?

— Все равно, тебя добуду,
Лучше сдайся мне живьем!
— Эй, товарищ, будет худо,
Выходи, стрелять начнем!

Трах-тах-тах! — И только эхо
    Откликается в домах...
Только вьюга долгим смехом
    Заливается в снегах...

    Трах-тах-тах!
    Трах-тах-тах...

...Так идут державным шагом —
    Позади — голодный пес,
    Впереди — с кровавым флагом,
    И за вьюгой невидим,
    И от пули невредим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
    В белом венчике из роз —
    Впереди — Исус Христос.

Перевод стихотворения Александра Блока «Двенадцать» на португальский.