Sergey Gorodetsky
Yarila

First to sharpen the ax-flint they bent,
On the green they had gathered, unpent,
They had gathered beneath the green tent.
There where whitens a pale tree-trunk, naked,
There where whitens a pale linden trunk.
By the linden tree, by the young linden,
By the linden tree, by the young linden,
The linden trunk
White and naked.

At the fore, shaggy, lean, hoar of head,
Moves the wizard, as old as his runes;
He has lived over two thousand moons.
And the ax he inhumed.
From the far lakes he loomed
Long ago.
It is his: at the trunk
The first blow.

And two priestesses in their tenth Spring
To the old one they bring.
In their eyes
Terror lies.
Like the trunk their young bodies are bright,
Their wan white
Hath she only, the tender young linden.

 

One he took, one he led,
To the trunk roughly wed,
A white bride.
And the ax rose and hissed—
And a voice was upraised
And then died.
Thus the first blow was dealt to the trunk.

Others followed him, others upraised
That age-old bloody ax,
That keen flint-bladed ax:
The flesh once,
The tree twice
Fiercely cleaving.

And the trunk reddened fast
And it took on a face.
Lo,—his notch—is a nose,
This—an eye, for the nonce.
The flesh once,
The trunk twice—
Till all reddened the rise
And the grass crimsoned deep.
On the sod
In the red stains there lies
A new god.

Translated by Babette Deutsch and Avrahm Yarmolinsky
(Modern Russian Poetry: An Anthology (1921))

Сергей Городецкий
Ставят Ярилу

Оточили кремневый топор,
Собрались на зеленый ковер,
Собрались под зеленый шатер,
Там белеется ствол обнаженный,
Там белеется липовый ствол.
Липа, нежное дерево, липа —
Липовый ствол
Обнаженный.

Впереди, седовласый, космат,
Подвигается старый ведун.
Пережил он две тысячи лун,
Хоронил он топор.
От далеких озер
Он пришел.
Ему первый удар
В белый ствол.

Вот две жрицы десятой весны
Старику отданы.
В их глазах
Только страх,
И, как ствол, их белеют тела.
Так бела
Только — нежное дерево — липа.

Взял одну и повел,
Опрокинул на ствол,
Привязал.
Просвистал топором —
Залился голосок
И упал.
Так ударился первый удар.

Подымали другие за ним
Тот кровавый топор,
Тот кремневый топор.
В тело раз,
В липу два
Опускали

И кровавился ствол,
Принимая лицо.
Вот черта — это нос,
Вот дыра — это глаз.
В тело раз,
В липу два.
Покраснела трава,
Заалелся откос,
И у ног
В красных пятнах лежит
Новый бог.

Перевод стихотворения Сергея Городецкого «Ставят Ярилу» на английский.