Samuil Marshak
Hushabye-hush

Soft, on stealthy feet comes Sleep:
Through a cranny it will creep

Bringing dreams that promise joy
To every little girl and boy.

It shows us fairy picture-tales
Which only those can see
Who go to bed and close their eyes
Tight as tight can be.

But little folk who will not climb
Into bed at the proper time
Get acquainted by-and-by
With Sleep’s big brother Hushabye.

“Ssssh,” says Hush to girls and boys,
“Go to sleep, don’t make a noise.”

All the streets are dark and silent
While in bed the children lie.
Off to sleep go trams and trolleys.
Driven home by Hushabye.

“Time to sleep,” he tells them sternly,
“Don’t forget, you get up early.”

And the trams and trolleys, yawning,
Trundle home and sleep till morning

Wherever there’s a hue and cry
Promptly hurries Hushabye.
Any trouble in the night
Hushabye will soon put right.

Telling people to lie down
In the country and in town,
Out on ocean-going ships
And in trains on distant trips.

In a darkened railway car
You may find him, near or far,
“Sssh,” says Hush and wags his head
At children who won’t go to bed.

On goes Hush from house to house,
Stepping softer than a mouse.
Sometimes, too, he takes a flight
In an airplane late at night.

Through the sky the airplanes zoom,
Speeding forward in the gloom.
To the engine’s even drone
People sleep as if at home.

Late one night Hush sat alone,
When they called him to the phone.

“Hush, please come,” the caller said,
“Help us put a boy to bed.
His name is Melnikov, Anton.
Our patience with him’s almost gone!

“He doesn’t want so sleep at night.
He won’t let Dad switch off the light.
He laughs and chatters without cease,
We never have an hour of peace.

“People tell him: stop your noise.
Go to bed like other boys.
If you act the way you do,
Hushabye will deal with you!

“But all he ever does is boast:
Who’s afraid of a silly ghost?
Fear a fairy-tale? Not I!
Touch me? Let him only try!”

Everybody goes to bed:
Timmy, Tommy, Ed and Ned,
Tom-tit, swallow, goose and swan.
Everyone except Anton.

All night long his light will burn,
All night long he’ll twist and turn,
Listening how in the dark
Cats miaow and watch-dogs bark.

Once, to while away the time,
He sang, then took a book of rhyme
But not a letter could be seen:
The lamp was shaded by a screen.

The book closed up, he let it drop,
And so his reading had to stop.

Even now he wouldn’t doze.
But began to count his toes;
Once and twice and thrice, but then
Felt too tired to count again.

Here the door-bell rang outside
And Anton’s eyes opened wide.

Creeping softly through the door,
Stepping lightly on the floor,
Hushabye slipped to the bed,
A toy balloon above his head.

Or maybe no balloon at all.
But a lantern like a ball
Shining with a bluish light.
Flying like a magic kite.


"Pitter-pat,
Pitter-pat,
Who’s not sleeping in this flat?
North and South, East and West,
Everybody has to rest!”

Now the lantern shone no more.
But from its teeny-weeny door
Thrushes fluttered in a crowd,
Chirping very, very loud.

Swish! Above his drowsy head
Whirring wings like lightning sped.
“Let me have one. Hush,” he asked
As the birds went flying past.

“No, my boy, these birds you see
Come in dreams to you and me.
You’re already sleeping, child.
Happy dreams to you!” he smiled.

When the moon is in the sky.
To the woods goes Hushabye.
Into every nook he’ll peep
To see if all the woodfolk sleep.

In the drowsy groves and copses
Any little sleepyhead
Still awake in nest and burrow
Hushabye will put to bed.

He wags his head at fledgeling jays
And warns the fledgeling linnet:
“Don’t you leave your nest at night,
Not even for a minute.

“Baby blackbirds going off
Alone on moonlit nights
Can easily be caught by owls
Out on hunting flights.”

At night old Hush keeps careful watch
With younger brother Sleep.
Yet even when the day begins
His vigil he must keep.

What’s going on at school today?
Perhaps the teachers are away?

There’s such a din in the first form.
You’d think there was a thunderstorm.

“Sit still,” the monitor cries out,
But no one listens to his shout.

“Silence!” all together cry
Yura, Shura, Nikolai.

“Stop the din!” Then cry in chorus
Olya, Valya, Galya, Boris.

“Do be quiet!” in a bass
Yells the best-behaved Taras.

Very soon the singing-teacher
Could no longer stand the din.
Up she got to leave the classroom,
When our faithful Hush came in.


He looked at everybody sternly
And for all to hear he said:
“Don’t tell others to be silent.
Keep your own mouth shut instead.”

Translated by Dorian Rottenberg

Самуил Маршак
Угомон

Сон приходит втихомолку,
Пробирается сквозь щелку.
Он для каждого из нас
Сны счастливые припас.

Он показывает сказки,
Да не всем они видны.
Вот закрой покрепче глазки
И тогда увидишь сны!

А кого унять не может
Младший брат — спокойный сон,
Старший брат в постель уложит
Тихий, строгий Угомон.
Спи, мой мальчик, не шуми.
Угомон тебя возьми!

Опустела мостовая.
По дороге с двух сторон
Все троллейбусы, трамваи
Гонит в парки Угомон.

Говорит он: — Спать пора.
Завтра выйдете с утра!
И троллейбусы, трамваи
На ночлег спешат, зевая...

Там, где гомон, там и он
Тихий, строгий Угомон.
Всех, кто ночью гомонит,
Угомон угомонит.

Он людей зовет на отдых
В деревнях и городах,
На высоких пароходах,
В длинных скорых поездах.

Ночью в сумраке вагона
Вы найдете Угомона.
Унимает он ребят,
Что улечься не хотят.

Ходит он по всем квартирам.
А подчас летит над миром
В самолете Угомон:
И воздушным пассажирам
Тоже ночью нужен сон.

Под спокойный гул моторов,
В синем свете ночника
Люди спят среди просторов,
Пробивая облака.

Поздней ночью
Угомону
Говорят по телефону:
— Приходи к нам, Угомон.
Есть у нас на Малой Бронной
Паренек неугомонный,
А зовут его Антон.

По ночам он спать не хочет,
Не ложится на кровать,
А хохочет
И грохочет
И другим мешает спать.

Люди просят: — Не шуми,
Угомон тебя возьми!
Говорит неугомонный:
— Не боюсь я Угомона.
Посмотрю я, кто кого:
Он меня иль я его!

Спать ложатся все на свете.
Спят и взрослые и дети,
Спит и ласточка и слон,
Но не спит один Антон.

До утра не спит и слышит,
Как во сне другие дышат,
Тихо тикают часы,
За окошком лают псы.

Стал он песни петь от скуки,
Взял от скуки книгу в руки.
Но раздался громкий стук
Книга выпала из рук.

Да и как читать в постели:
Лампа светит еле-еле...
Начал пальцы он считать:
— Раз-два-три-четыре-пять,
Но сбивается со счета
Не дает считать дремота...
Вдруг он слышит: — Дили-дон!
Появился Угомон.

Проскользнул он в дом украдкой,
Наклонился над кроваткой,
А на нитке над собой
Держит шарик голубой.

Да как будто и не шарик,
А светящийся фонарик.
Синим светом он горит,
Тихо-тихо говорит:

— Раз. Два.
Три. Четыре.
Кто не спит у вас в квартире?
Всем на свете нужен сон.
Кто не спит, тот выйди вон!

Перестал фонарь светиться,
А из всех его дверей
Разом выпорхнули птицы
Стая быстрых снегирей.

Шу! Над мальчиком в постели
Шумно крылья просвистели.
Просит шепотом Антон:
— Дай мне птичку, Угомон!

— Нет, мой мальчик, эта птица
Нам с тобою только снится.
Ты давно уж крепко спишь...
Сладких снов тебе, малыш!

В лес, луною озаренный,
Угомон тропой идет.
Есть и там неугомонный,
Непоседливый народ.

Где листвою шелестящий
Лес в дремоту погружен,
Там прошел лесною чащей
Седобровый Угомон.

Он грозит синичке юной,
Говорит птенцам дрозда,
Чтоб не смели ночью лунной
Отлучаться из гнезда.

Так легко попасть скворчатам,
Что выходят по ночам,
В плен к разбойникам крылатым
Совам, филинам, сычам...

С Угомоном ночью дружен
Младший брат — спокойный сон.
Но и днем бывает нужен
Тихий, строгий Угомон.

Что случилось нынче в школе?
Нет учительницы, что ли?
Расшумелся первый класс
И бушует целый час.

Поднял шум дежурный Миша.
Он сказал: — Ребята, тише!
— Тише! — крикнули в ответ
Юра, Шура и Ахмет.

— Тише, тише! — закричали
Коля, Оля, Галя, Валя.
— Тише-тише-тишина!
Крикнул Игорь у окна.

— Тише, тише! Не шумите!
Заорали Витя, Митя.
— Замолчите! — на весь класс
Басом выкрикнул Тарас.

Тут учительница пенья
Просто вышла из терпенья,
Убежать хотела вон...
Вдруг явился Угомон.

Оглядел он всех сурово
И сказал ученикам:
— Не учи
Молчать
Другого,
А молчи
Побольше
Сам!

Перевод стихотворения Самуила Маршака «Угомон» на английский.