Innokenty Annensky


I am set up for thirty years so as to
Live painfully breaking up the rays
From ghostly planets into “yes” and
No,” into “ah!” and “baa.”

So as to live worrying and grieving
Over what is already not there...
And I should certainly be a poet
If I could invent myself.

In work there are perhaps some blunders,
Or is there a trick in the mechanism?
But my immortal spirit would be not spirit

Now — it would be God... When it was not
Seize it!” and not “Soho!” and not
All gone now” after “Sore! Sore!

Translated by R. H. Morrison

Иннокентий Анненский


Я завожусь на тридцать лет,
Чтоб жить, мучительно дробя
Лучи от призрачных планет
На «да» и «нет», на «ах!» и «бя»,

Чтоб жить, волнуясь и скорбя
Над тем, чего, гляди, и нет…
И был бы, верно, я поэт,
Когда бы выдумал себя.

В работе ль там не без прорух,
Иль в механизме есть подвох,
Но был бы мой свободный дух —

Теперь не дух, я был бы Бог…
Когда б не пиль да не тубо,
Да не тю-тю после бо-бо!..

Стихотворение Иннокентия Анненского «Человек» на английском.
(Innokenty Annensky in english).