Boris Pasternak
Snowstorm

1

In the trading district where a person’s feet
Can hardly step, a fortune-teller’s footsteps go
Stepping through the raging storm, a street
Where men, dead-like, sleep in the snow, —

But wait, in the trading district where a per-
son’s feet can hardly step, a fortune-teller’s
Footsteps step to the window, wearing a fur
In tatters and a crazy strap and halter.

It is pitch dark, but you sense that this district
Must be within the city, in Zamosty,
Zamoskvoreshye or some other (at midnight
A delirious guest recoils backwards from me).

You, Blizzard, in the trading district where
A person’s feet can hardly step, permit
Certain thugs — but trembling like leaves they’re
Harmless, voiceless and as white as a sheet.

You hurl and batter the gates on every side,
And then look back. On the bridges whirlwinds rant...
— This is not that city, it is not midnight,
And you are lost and she is only a servant!

But servant, you lisped to me and with good reason
In the trading district where a person with two feet,
I was one of those who... in the street was overrun:
— This is not that city, it is not midnight.

2

Like crowds at the baptismal doorway on a Twelfth Night
Eve. Fomented by orders from the blizzard.
Blocking the windows and sealing the frames up tight,
Where a fresh-hewn childhood Christmas spruce had stood.

Along the leafless boulevard rages its conspiracy,
Cursing all mankind with its headline blasts of news.
In that prefabricated place, the city! To the city!
And the blizzard’s swirls are like a torch’s dingy fumes.

Unfettered fresh fallen snow piles up on arms
And shoulders with the weight of furry necessity.
Snowflakes scurry about like sparks from lanterns.
You recognize a bough! You spot a passer-by!

Tears are pools of water circled in ice that appear
In the snowstorm’s music: — Kolina, we recognized your address! —
The ax with the shouting mouth: — we recognize, recognize
The sign of comfort! — but the door — crosswise crossed with a cross.

What an encampment stood there where creation’s scum
Lifted their footsteps in the snowstorm — in its intensity.
And great-grandchildren are sent to their ancestors’ home.
It is Twelfth Night Eve. To the city, to the city!

Translated by Don Mager

Борис Пастернак
Метель

1

В посаде, куда ни одна нога
Не ступала, лишь ворожеи да вьюги
Ступала нога, в бесноватой округе,
Где и то, как убитые, спят снега, —

Постой, в посаде, куда ни одна
Нога не ступала, лишь ворожеи
Да вьюги ступала нога, до окна
Дохлестнулся обрывок шальной шлеи.

Ни зги не видать, а ведь этот посад
Может быть в городе, в Замоскворечьи,
В Замостьи, и прочая (в полночь забредший
Гость от меня отшатнулся назад).

Послушай, в посаде, куда ни одна
Нога не ступала, одни душегубы,
Твой вестник — осиновый лист, он безгубый,
Безгласен, как призрак, белей полотна!

Метался, стучался во все ворота,
Кругом озирался, смерчом с мостовой...
- Не тот это город, и полночь не та,
И ты заблудился, ее вестовой!

Но ты мне шепнул, вестовой, неспроста.
В посаде, куда ни один двуногий...
Я тоже какой-то... о город, и полночь не та,
И ты заблудился, ее вестовой!

Но ты мне шепнул, вестовой, неспроста.
В посаде, куда ни один двуногий...
Я тоже какой-то... я сбился с дороги:
— Не тот это город, и полночь не та.

2

Все в крестиках двери, как в Варфоломееву
Ночь. Распоряженья пурги-заговорщицы:
Заваливай окна и рамы заклеивай,
Там детство рождественской елью топорщится.

Бушует бульваров безлиственных заговор.
Они поклялись извести человечество.
На сборное место, город! За город!
И вьюга дымится, как факел над нечистью.

Пушинки непрошенно валятся на руки.
Мне страшно в безлюдья пороши разнузданной.
Снежинки снуют, как ручные фонарики.
Вы узнаны, ветки! Прохожий, ты узнан!

Дыра полыньи, и мерещится в музыке
Пурги: — Колиньи, мы узнали твой адрес! —
Секиры и крики: — Вы узнаны, узники
Уюта! — и по двери мелом — крест-накрест.

Что лагерем стали, что подняты на ноги
Подонки творенья, метели — сполагоря.
Под праздник отправятся к праотцам правнуки.
Ночь Варфоломеева. За город, за город!

Перевод стихотворения Бориса Пастернака «Метель» на английский.